14 Февраля 2018

Традиционные проблемы российской экономики известны всем («нефтяная игла», повышение качества человеческого капитала, диверсификация, выход из тени и др.). Оптимальные меры воздействия для решения этих вопросов пока так и не найдены, поэтому они еще долго будут волновать умы экспертов. 

Одна из проблем, на которую чиновники обратили внимание в этот раз, — нахождение значительной части экономики в тени. Очевидно, наученные многочисленными кризисами россияне придерживаются мнения, что зарплата в конверте лучше, чем ее отсутствие. Призывы представителей Пенсионного фонда об официальном трудоустройстве в данном случае звучат недостаточно убедительно. Именно на это и решили повлиять власть имущие. 

«Самый большой вызов, стоящий перед российской экономикой, — это развилка: выходить или не выходить из тени?» — комментирует первый зампред ЦБ Сергей Швецов в статье «МК». В правительственных кругах считают, что реализовать поставленную президентом задачу по обеспечению темпов экономического роста, опережающих среднемировые, можно только за счет массированно выхода экономики из тени. Именно это и стало основной целью подготовленных чиновниками налоговых изменений — снизить фискальную нагрузку на фонд оплаты труда с помощью сокращения соцвыплат при росте ставки НДС, компенсирующем доходы бюджета.

Вопреки излюбленной политиками слепоте — отказу видеть реальные проблемы, — подобный маневр является признанием имеющихся трудностей в экономической сфере. Именно фискальный режим и загоняет компании в тень. Однако для всех участников рынка грядущие изменения имеют и плюсы, и минусы. С одной стороны, сократится количество зарплат в конвертах, с другой — из-за роста НДС часть организаций может окончательно стать невидимками. 

Стоит отметить, что теневая экономика — понятие разнородное. Она может быть откровенно криминальной и коррупционной (например, фамильные предприятия, адресно обслуживающие крупные компании, в том числе выигрывающие гос.тендеры), а может предлагать легальные товары и услуги, при этом оставаясь в той или иной мере закрытой — в частности для налоговых органов. Последний вариант и рассматривается российскими чиновниками. Безусловно, плохо, когда компании не выплачивают налоги. Но условия, в которых уплатить их полностью просто невозможно — это еще хуже. Сильнее всего от этого страдает малый бизнес. 

Прежде всего, стоит оценить масштабы теневой экономики в России. В марте 2017 года глава Росстат Александр Суринов озвучил такие цифры: около 10–14 % ВВП. Это достаточно низкий показатель по сравнению с международными оценками, зарубежные аналитики предполагают значительно больший объем тени. Например, в недавнем докладе МВФ о распространении теневой экономики в мире фигурирует цифра 33,7 %. В июньском докладе международной Ассоциации дипломированных сертифицированных бухгалтеров (АССА), освещающем статистику по 28 странам, масштабы российской теневой экономики оцениваются в 39 % ВВП. Это четвертое место среди рассматриваемых государств (хуже только в Украине, Азербайджане и Нигерии). 

Очевидно, что между оценками в 10–14 % и 39 % колоссальный разрыв. На чем основаны данные Росстата, МВФ и АССА, остается только догадываться. Тем не менее по этим цифрам можно сделать нехитрые выводы: размах теневой экономики отражает существующие российские условия. Пока механизм регулирования подавляет экономику фискальными и силовыми методами, об обелении речи идти не может. Кроме того, важно понимать, что для роста официального ВВП в России уже имеются значительные резервы, которые по понятным причинам остаются в тени. Однако предлагаемый налоговый маневр, несмотря на возможность обелить многочисленные компании, может породить новую тень — из-за увеличения ставки НДС. То есть полностью задача все равно не будет решена. 

Для владельцев компаний-невидимок и предпринимателей, которые в той или иной мере уклоняются от уплаты налогов, работа в тени может обернуться новыми трудностями. По информации «Российской газеты», если в организации более 10 % персонала или более 100 сотрудников заняты неофициально, то по новому законопроекту она лишается всех налоговых преференций. 

К какому бы виду ни относилась компания-невидимка — скрытому (осознанное сокрытие фирмы или уменьшение ее доходов), нелегальному (преступная деятельность для производства запрещенных товаров и услуг) или неформальному (с незакрепленной официальными трудовыми отношениями занятостью), — так или иначе это отразится на ее работе. 

Один только неформальный сектор с 2011 года непрерывно увеличивает число неофициально занятых людей и за этот период вырос на 4 млн человек. По итогам 2016 года общее количество таких работников составило более 15 млн человек (более 20 % всех трудящихся граждан страны). По оценкам РАНХиГС эта цифра значительное больше — почти 30 млн россиян, у многих из которых неоформленные заработки — это дополнительные доходы помимо основного места работы. 

Почему работодатели продолжают выдавать зарплаты в «конвертах» своим работникам? «Предпринимателям выгодно договариваться с работниками с глазу на глаз о зарплате, — поясняет Алексей Зубец, проректор Финансового университета при правительстве РФ. — Таким образом они экономят до 40 процентов фонда оплаты труда. Также очень часто используется схема уменьшения реальных зарплат: в договорах прописывается небольшая сумма, а основную часть зарплаты люди получают «в конвертах». 

Согласно Трудовому кодексу, за неоформленных сотрудников работодателям грозят штрафы — от 1 до 5 тыс. руб. для физлиц и от 30 до 50 тыс. руб. для юрлиц. Это существенно меньше, чем выплаты налогов, — фонды социального и медицинского страхования, местные бюджеты и Пенсионный фонд недополучают ежегодно более 4 трлн руб. При этом предоставляемые государством налоговые льготы каждый год составляют около 9,5 трлн руб. Таким образом, в Госдуме считают, что отмена льгот может также посодействовать обелению рынка, то есть подтолкнуть предпринимателей оформлять отношения с сотрудниками. 

«Вы знаете, в такого рода отношениях виноваты обе стороны — как работодатель, так и сам работник, соглашающийся трудиться, по сути, нелегально. Понятно, что человек хочет сэкономить на уплате НДФЛ. Но при этом он почему-то забывает, что он очень ущемлен в своих возможностях», - говорит профессор кафедры труда и социальной политики РАНХиГС Любовь Храпылина. 

Эксперт напоминает, что Пенсионный фонд может отказать в начислении страховой пенсии. «В конце концов всегда есть риск просто не получить свои деньги. Работодатель вполне может не заплатить, так как он не связан никакими официальными обязательствами с работником», — предупреждает Храпылина. Профессор РАНХиГС считает, что проблема теневой экономики начнет решаться тогда, когда работники перестанут соглашаться трудиться неформально.

Вернуться к списку