Верховный суд (ВС) 2 апреля опубликовал полный текст определения по делу о допустимых границах применения так называемой налоговой реконструкции для определения суммы обязательств бизнеса перед бюджетом, в случае если он был уличен в уклонении от их уплаты.
Налоговая реконструкция предполагает, что расчет долга перед государством происходит так же, как если бы налогоплательщик верно исчислял свои налоги и платил их в полном объеме. Цель реконструкции в том, чтобы определить, какую сумму налогов организация должна была бы заплатить с учетом реально понесенных ею расходов. В отношении же налога на прибыль, когда фактически получить первичные документы по сделке (и применить документарный метод) нельзя из-за использования нелегальных схем, для определения базы может использоваться расчетный метод, т. е. примерный подсчет расходов исходя из, например, рыночных цен на товар или заключений оценщиков.
В деле, которое рассмотрел ВС, компания «Вокфорс» оспаривала сумму своих обязательств по налогу на прибыль. По итогам проверки было установлено, что она взаимодействовала с «техническими» компаниями, чтобы неправомерно увеличивать свои расходы (а значит, уменьшать налоги) и необоснованно предъявлять к вычету НДС. Кроме того, компания привлекала официально нетрудоустроенных работников. Суды нескольких инстанций признали, что при расчете базы инспекторы не учли расходы на таких сотрудников, необходимые для выполнения всего объема работ (услуг) для заказчиков. Также не были приняты в расчет затраты по их привлечению (получение разрешительной документации для иностранных граждан, аренда, организация питания, обеспечение условий проживания, медицинское обслуживание и проч.).
Отменяя акты нижестоящих судов, ВС указал, что расходы не могут признаваться обоснованными только в силу того, что они были понесены налогоплательщиком, в то время как их получатель неизвестен. Деньги, перечисленные «техническим» организациям и иным лицам, действующим вне рамок законного хозяйственного оборота, не могут рассматриваться как расходы, необходимые для ведения деятельности, написал суд в своем определении. Иной подход, по мнению ВС, нарушал бы «интересы государства, связанные с противодействием налоговым злоупотреблениям, и создавал бы неправильные финансовые стимулы поведения участников оборота», так как налогоплательщики, ведущие деятельность с привлечением теневого сектора экономики, получали бы «неоправданные преимущества в сравнении с иными налогоплательщиками, ведущими свою деятельность добропорядочно», отмечается в документе.
Также ВС отметил, что применение расчетного метода для легализации издержек бизнеса «не имеет прочной законодательной основы», так как Налоговый кодекс (НК) не содержит положений, которые допускали бы возможность признания расходов в упрощенном порядке, если налогоплательщик не в состоянии подтвердить свои издержки документально.
По мнению суда, возможность применения налоговой реконструкции определяется не формальными, а материальными условиями, например установлением лица, которое фактически производило исполнение по сделке, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из теневого оборота.
«Ведомости» отправили запрос представителю ФНС.
Ужесточение подхода
Смысл налоговой реконструкции заключается в том, чтобы определить действительный размер налогов исходя из реального экономического содержания сделок, рассуждает старший юрисконсульт Jingsh Иван Федоров. По сути, это не послабление за нарушение, а способ не допустить, чтобы налог был доначислен в размере, большем, чем вытекает из реально совершенной деятельности, поясняет он. При этом реконструкция работает там, где можно восстановить фактические параметры сделки (ее стороны, цену, объем работ или услуг и т. п.), а если же налогоплательщик сам построил фиктивную схему и не раскрывает исполнителей, возможности для применения этого метода минимальны, отмечает Федоров.
Требование проведения налоговой реконструкции вытекает из п. 3 ст. 3 НК, согласно которому налоги не могут быть произвольными и должны иметь экономическое основание, говорит руководитель практики нормотворчества и регуляторных инициатив «МЭФ Legal» Вадим Зарипов. Кроме того, нарушение требований трудового или иного первичного законодательства также не должно влиять на налогообложение (принцип автономии налогового права), за исключением прямо указанных в кодексе случаев, например требования наличия лицензии. Реконструкция требуется во всех случаях выявления схем, иначе происходит избыточное налогообложение, отмечает Зарипов.
Механизм налоговой реконструкции
Понятия налоговой реконструкции нет в Налоговом кодексе или другом законе. Она применяется, когда компания уклонилась от уплаты налогов и нужно определить, сколько именно должно было получить государство. Например, если в ходе налоговой проверки будет установлено, что компания при закупке товара отразила в документах его более высокую стоимость, чем в действительности заплатила, то ее могут обвинить в завышении расходов по налогу на прибыль и получении необоснованной суммы вычетов по НДС. Проведение налоговой реконструкции будет означать, что налоговый орган для определения суммы обязательств учтет реально понесенные расходы и вычеты по НДС, на которые компания могла бы рассчитывать, если бы сделка проводилась без нарушения закона.
Данное определение не совершает «глобальной революции» в вопросе применения правил налоговой реконструкции, однако довольно критично уточняет некоторые детали, считает ведущий юрист Taxology Екатерина Галенкова. В частности, подтверждает, что для налогоплательщиков, которые являлись участниками схемы, расчетный метод «заблокирован», а реконструкция возможна только при раскрытии фактического поставщика и первичных документов. По словам Зарипова, у бизнеса, как правило, таких документов нет и их прибыль будет облагаться в повышенном размере. По сути, речь идет о «штрафном налоге», т. е. форме юридической ответственности за работу с теневым сектором, отмечает он.
На практике такая позиция ВС, вероятно, приведет к тому, что суды будут обязаны исследовать не только факт наличия реальной хозяйственной операции, но и то, в каких условиях эта операция исполнялась – в рамках легального или теневого сектора экономики, считает руководитель направления налоговой практики Tax Compliance Алексей Станчин. Определение ВС ужесточило подход, но при этом пока речи о полном автоматическом отказе в учете любых «неоформленных» расходов не идет, полагает он.
Для бизнеса определение ВС означает прежде всего рост требований к качеству внутреннего налогового контроля и доказательной базы: компаниям придется заранее фиксировать, кто именно выполнял работы, какими ресурсами, на каком основании и как формировалась стоимость, полагает Федоров. По его мнению, наиболее «чувствительным» оно станет для отраслей с высокой долей человеческого труда и многоуровневого подряда (строительство, клининг, логистика, складские и аутсорсинговые услуги).
Источник Ведомости